migmit: (Default)
[personal profile] migmit
Есть такой старый трюизм: два разумных человека всегда смогут договориться. И вот мне всегда было странно, что такие неглупые и, что уж там, симпатичные люди как Владимир Войнович и Эльдар Рязанов так и не смогли договориться и сделать фильм по «Чонкину». И я придумал одну теорию, которая, как мне кажется, это объясняет. Я никогда не был лично знаком ни с одним из них, и не могу всерьёз утверждать, что моя теория верна; скорее, это некое интеллектуальное упражнение.

Эльдар Рязанов оставил замечательно интересные мемуары — «Неподведённые итоги». Я читал их сначала на бумаге, а потом в электронном виде; электронный вариант был более полным, в частности, глава «Автора!» — в которой Рязанов рассказывает о подготовке сценария «Гусарской баллады» и о своих сомнениях в авторстве Александра Гладкова — в бумажном варианте отсутствовала. Возможно, это было более раннее издание, не знаю.

Нас, однако, будет интересовать сейчас не это. Давайте обратим внимание на те места, где Рязанов рассказывает о своей работе в Италии, где сняты некоторые эпизоды фильма «Необыкновенные приключения итальянцев в России». Судя по всему, итальянскому продюсеру было глубоко наплевать на этот фильм, и участники советской съёмочной группы не были, мягко говоря, желанными гостями. Рязанов приводит достаточно много деталей отвратительного обращения итальянских продюсеров с советскими киношниками. Но некоторые — только некоторые! — из этих деталей вызывают определённые вопросы.

Больше всего меня зацепила фраза «Когда мы снимали у себя дома, милиция помогала организовывать пешеходов, автомобили, регулировать потоки движения. В Италии натуру мы снимали документально, методом скрытой камеры — скрытой не столько от пешеходов, сколько от полиции». Я не знаю, как в тогдашнем Риме, но я представляю себе, что должен думать водитель, которого «регулируют» в объезд, потому что снимают какой-то фильм. Мне почему-то кажется естественным, что дорожная полиция не должна быть так уж счастлива помогать делать кино; её основная задача — помогать водителям. В совке же к людям как к людям никогда не относились: «Шоссе оцепили, чтобы никакой встречный автомобиль случайно не ворвался на дорогу» — это из тех же мемуаров, но уже про съёмку в СССР.

Подобное отношение проявляется и в других местах. Вот, например, Рязанов рассказывает, как снимали сцену с проездом «Скорой помощи» через уличное кафе.
Человек, сидевший около стены, закричал истошным голосом и упал. Все кинулись к нему — было полное ощущение, что машина вдавила его в стену. По счастью, этого не произошло. Просто человек смертельно перепугался, пережил серьезный шок. «Скорая помощь» проехала от него буквально в миллиметре.

Сразу же начался скандал. Участники массовки и толпа, которая возникла мгновенно, стали требовать от директора картины денег в уплату пострадавшему и заодно — всем свидетелям тоже. Иначе они сейчас же пойдут в редакцию газеты, которая помещается тут же на площади, расскажут о безобразии съемочной группы и фирме Дино Де Лаурентиса не поздоровится.

Директор картины тоже кричал, но это не помогло. Пришлось откупиться деньгами, после чего скандал удалось замять.
Обратите внимание — речь не идёт о том, что человек не пострадал. Рязанов согласен с тем, что этому человеку сделали плохо. Но идея, что причинённый вред — пусть и чисто психологический — надо бы как-то компенсировать, Рязанову кажется чуждой, подаётся как «пришлось откупиться деньгами». Напоминает известное выражение «вы так говорите, как будто это что-то плохое».

Хочу внести ясность. Очень многие фильмы Рязанова я обожаю. Всё, что он сделал между «Гусарской балладой» и «Забытой мелодией для флейты», на мой взгляд — абсолютнейшие шедевры (ну, ладно, кроме «Стариков-разбойников», которые фигня). «Иронию судьбы» я могу смотреть с любого места; прошедший Новый год — первый, когда я её не посмотрел. Упомянутую «Гусарскую балладу» я смотрел более сотни раз, абсолютно буквально. У него даже Гурченко хорошо играет, в «Вокзале для двоих», и более того, играет наравне с самим Басилашвили!

И вне всякого сомнения, Рязанов прекрасно понимал гнилую сущность совка. Он сам написал прекрасное стихотворение, как нельзя более точно выражающее эту сущность — «Жить бы мне в такой стране, чтобы ей гордиться...»

Но при этом, мне кажется, Эльдар Рязанов во многом оставался — советским человеком.

Нельзя слишком уж винить его в этом. Происходившее в совке было настолько немыслимо ненормальным, что осознание человеком хотя бы половины всей этой ненормальности — огромное, невероятное достижение. К тому же, Рязанов был кинорежиссёром — а в совке, напомню, кино было главнейшим из искусств. И Рязанов, видевший, как цензура кромсала и увечила его сценарии, в то же время видел и много помощи.

Но вот Войнович, как мне кажется, каким-то образом умудрился быть западным человеком. Не стать им после эмиграции, а быть им изначально. Опять-таки, я сужу только по его собственным воспоминаниям. Взять, хотя бы, вот этот отрывок из книги «Жизнь и необычайные приключения писателя Войновича (рассказанные им самим)»:
У диссидентов было принято при любых обстоятельствах демонстрировать, что они действуют исключительно законными методами, поэтому если на кого-нибудь нападали, он обычно поднимал руки, показывая возможным свидетелям, что сам никого не трогает. Я решил для себя избрать другую линию поведения. Решил, что если на меня нападут хулиганы — будь то настоящие или, вероятнее всего, мнимые, — я, сколько б их ни было, окажу сопротивление. Если сумею хотя бы одного ударить — ударю, не сумею ударить — укушу, не смогу укусить — плюну в рожу (слово «лицо» в данном контексте неуместно).
Возможно, конечно, что Войнович здесь несколько приукрашивает собственные мысли и намерения того времени — рассматривая их через призму прошедших лет. Но вернёмся к «Чонкину». Я прочитал эту историю как в воспоминаниях Рязанова, так и в воспоминаниях Войновича, и составил для себя примерно такую картину.

Писатель, вынужденно, покидает родную страну, и переезжает в другую, где его знают весьма немногие, и где его перспективы работы по специальности, мягко говоря, туманны. При этом у него не слишком-то много денег. Некий бизнесмен, слышавший о нём откуда-то, решает рискнуть — он покупает у писателя эксклюзивные права на издание большого романа. На ограниченный срок. Эти деньги позволяют писателю обустроить свою жизнь. Риск, впрочем, оправдывается, роман продаётся хорошо.

С точки зрения Рязанова — человека, напомню, частично советсткой закалки — алчный торгаш, воспользовавшись стеснённым положением талантливого человека, наложил лапу на его произведение. Писатель, конечно, поступил не очень хорошо, отдав свой шедевр гнусному капиталисту, но его вполне можно понять — надо же как-то жить. К счастью, вскоре эксклюзивные права кончатся, писатель будет свободен от власти этого жирного паука, и можно будет снять кино.

С точки зрения Войновича — человека полностью западного — малознакомый человек пришёл ему на помощь в трудную минуту и пошёл ради него на большой риск. Этот человек — его друг, с которым, к тому же, их связывают определённые деловые отношения. Да, скоро срок передачи прав кончится, что, разумеется, является поводом обсудить условия их продления. К тому же, талантливый режиссёр хочет экранизировать роман, что станет для них обоих — и писателя, и его друга-бизнесмена — приятным подарком. Конечно, можно и не продлевать права на «Чонкина» — но с чего бы вдруг?

И вот об эту разницу в мировоззрениях они и споткнулись. В результате, рязановский фильм так и не появился. Думаю, это, скорее, хорошо. Рязанов только что снял свой первый, после долгого перерыва, слабый фильм «Дорогая Елена Сергеевна», и ещё не снял следующий, откровенно тошнотворный фильм «Небеса обетованные». Вряд ли «Чонкин» получился бы хорошим — по крайней мере, по сравнению с романом.

Повторюсь: это всё — мои умствования. Возможно, человек, знакомый лично с Владимиром Николаевичем, или знавший при жизни Эльдара Александровича, над ними посмеётся, или даже обидится. В последнем случае я заранее прошу прощения. Речь о моём личном впечатлении от их работ в искусстве и от их воспоминаний. Не более того.

Date: 2017-09-18 04:46 am (UTC)
juan_gandhi: (Default)
From: [personal profile] juan_gandhi
Я был свидетелем съемок в Сиене. Именно что какой-то деятель орал в мегафон на обычных людей вокруг - проходите, расходитесь, нечего стоять и смотреть тут.